Это кем ты себя возомнил? проза.ч.2.

— И так, теперь пройдёмся по сюжету. О, кстати, что это у нас там за окном? – Дмитрий отодвинул штору. Лил дождь, сильный такой, просто настоящий ливень. Глядя на улыбающееся лицо своего персонажа, я заподозрил что-то неладное. – Обувайся!

— К-как обувайся?! Но там же…

— Всё правильно, сентябрьский дождь! Обувайся.

Я поплёлся в коридор, и зашнуровал кроссовки. Дмитрий прихватил мой зонт. Буквально пинком он выпихнул меня из подъезда, сам открыл зонт, но меня под него не пустил. Мы просто бродили по улице, я мок и мёрз, меня конкретно трясло, но возмущаться я уже как-то побаивался. И вот, после часа такой прогулочки, Дмитрий остановился, и с наглой улыбочкой поинтересовался:

— Ну что, не хочется домой?

— Х-х-хочется… — Зубы стучали, выбивая барабанную дробь, говорить я мог с трудом.

— Вот то-то же! Я лично за реализм в рассказах. Ясно?

— А-ага… — Так это месть за то, что я заставил его шляться в дождь и «не хотеть» домой… — Я понял, всё перепишу, всё-всё! В…

— Не надо всё. И так, давай вернёмся в твою комнату.

И я поплёлся домой. Войдя в квартиру, я увидел мамины сапоги, значит, она уже вернулась с работы. Я вопросительно уставился на Дмитрия.

— А она меня не увидит, не бойся.

Я кивнул, разулся и прошёл.

— Костя! – Мама поперхнулась чаем. – А ты что это бродишь под дождём в одной футболке?..

— Понимаешь, мам… — Я вздохнул. – Я решил написать рассказ, а чтобы в нём было достаточно реализма, я должен испытать всё на собственной шкуре, а потом, это самое, описать ощущения…

— Не простудись, смотри, писатель! – Усмехнулась мама. – А с причёской-то у тебя что?

— А я… Решил подстричься коротко, ну чтоб это… Мужественнее выглядеть… — Я покосился на Дмитрия, он одобрительно показывал мне большой палец.

— Вот, ну наконец-то, наконец-то ты прислушался к родителям! Завтра дам тебе денег на парикмахерскую. А в спортзал ты, случайно, не надумал записаться?

Я обернулся, и по лицу Дмитрия вдруг понял, что надумал.

— Да, уже неделю как мечтаю! Потому и стригусь, а то мужики засмеют…

— Ну, слава Богу! – Мама в порыве радости даже обняла меня. – А я уж думала, что ты и вовсе гей!

— Мама!

— Что мама? Накупишь розовых футболочек, чёлочку свою гелем примажешь… Фу! Смотреть противно!

— Я пойду, мне надо рассказ писать, пока реализм не забылся…

— Пиши-пиши, но вот одежду лучше всё же поменяй. Ну, надо же – уже сама себе восторженно проговорила мама – растёт мальчишка-то, за ум берётся!

Я хлопнул дверью комнаты, и сел за свой ноутбук.

— Что, растёшь, за ум берёшься? – Ехидно загоготал Дмитрий.

— Да иди ты…

— Не пойду, пока ты всё не сделаешь как надо!

— Слушай, а давай это, давай я напишу сейчас, что ты выиграл в миллион долларов в лотерею, или же получил наследство, и…

Дмитрий вдруг влепил мне подзатыльник.

— Ау! За что?..

— Я что тебе про реализм говорил? Ещё прогуляться хочешь?

— Не-нет…

— А зря, глядишь, мозги бы освежил! Ты часто такое видишь в жизни? И вообще, а какой смысл этого рассказа, ну скажи мне, вот что в нём будет интересного? Герой всё теряет, решает покончить с собой, ему это не удаётся, и вдруг он покупает лотерейный билет и становится миллионером. В чём суть, в чём смысл? Ты сам бы стал такое читать?

— Нет…

— Вот то-то же. И, кстати! – Он поковырялся ножичком в передних зубах. – Я что, похож на суицидника? На сопливого дебила, который чуть что – резать вены и писать сопливые записочки о злой судьбе?

— Нет…

— Смотрю я, друг мой, ты не многословен. А это плохо для автора! И так, решим проблему с суицидом. Короче, тема такая…

— Да ты и говоришь как гопник…

— А ну молчать, я метросексуалам слова не давал.

— Чего???

— А ничего. Заткнись и слушай. Что у нас там? Пацан к успеху шёл. – Я вздохнул, он усмехнулся. – Но что-то пошло не по его сценарию, паренёк решил развеяться, прикупить наркоты, но его жестоко подставили. Барыга знал, что парень одинок, и что искать его никто не станет. А ещё, что квартирка у пацана имеется. И вот, он накачивает мальчика наркотой, невменяемого тащит к своему юристу, знакомому и купленному на сто рядов, заставляет невменяемого Дмитрия подписать дарственную на квартиру, потом выкидывает его на какой-то стройке, для верности вкалывает ещё дозу, и оставляет подыхать. А тут Олеся. Понял?

— Н-не, не понял… Так ж ещё хуже получается!!!

— Так-так, а автор-то попался мне безмозглый. – Дмитрий вздохнул, и опустился на корточки. – Объясняю для кретинов – наш герой теперь не тупой самоубийца, он жертва, жертва обстоятельств. Его кинули, подставили, ограбили, возможно, даже, подсадили на иглу, но он будет бороться, ведь он не привык отступать! Ты будешь искать способ для героя отомстить, всё вернуть, и наладить жизнь. Усёк?

— Ага… У меня даже голова от тебя разболелась…

 

— А это хорошо, это мозг заработал. Впервые в жизни! Ну, давай, пиши.

Я начал снова править текст:

«Дмитрий не знал, что доза в шприце была смертельной, и вскоре его сердце должно было остановиться навсегда.

Он не помнил, как попал на эту улицу, он не помнил, что произошло до этого. Помнил только клуб, каких-то людей, помнил, как купил дозу, с целью отдохнуть и поразвлечься.

А теперь, он чувствовал, что что-то не так, знал, что что-то случилось, но не мог вспомнить, что именно.  Страха не было, в таком состоянии он был не способен бояться.

Олеся видела, что что-то совсем не так с этим парнем, что не похож он на обычного наркомана. «Скорую помощь» девушка вызвала уже давно, но она всё не приезжала, и Олеся боялась, что незнакомец умрёт у неё на глазах. Когда «скорая», всё же, подъехала, Дмитрий был уже без сознания, его быстро погрузили и увезли, а она так и осталась стоять, растерянно провожая машину взглядом.

Из больницы Дмитрий сбежал через четыре дня. Дождь, осенняя прохлада. Мокрая футболка липла к телу, но на автобус денег не было, и потому пришлось идти пешком. Он не помнил, кто его тогда так накачал, не помнил, кто его спас. И не помнил ещё что-то очень важное, но что?

Дмитрий не употреблял наркотики, в тот день был первый и единственный раз, а сейчас его ломало, и тянуло снова. Где взять ещё он не знал. Денег на наркоту, на алкоголь, на клуб — нет. Да вообще нет денег, ведь он домой и то идёт пешком, какие могут быть наркотики?!

Дмитрий поскользнулся на мокрой траве, растянулся во весь рост, упав на спину, и увидел, что возле его левой руки лежит промокшая купюра в пять тысяч рублей. Будто сам Сатана её подкинул… Он сунул купюру в карман джинсов и встал. Что с ней делать? На что потратить столь лёгкие деньги?

Для начала он решил дойти до дома. Никого. Совсем никого, впрочем, как и всегда в последнее время. Он жил с матерью, но четыре месяца назад мать умерла от рака. Все сбережения их они потратили на лекарства и похороны. Машину пришлось тоже продать. У Дмитрия осталась лишь квартира, и та полупустая.

Всегда живший одним днём, Дмитрий вдруг остался один… всего за год до окончания института. Шумный отличник и первый тусовщик в группе, резко превратился в вечно уставшего и нелюдимого тихоню, замкнулся в себе. Да, теперь ему приходилось совмещать работу с учёбой, с непривычки у мальчишки появились «тройки», он не успевал учить, не успевал как следует выспаться, друзья и девочки были забыты, появилось недовольство жизнью и злость на целый мир.

Но он не унывал, Дмитрий всегда был оптимистом. Он верил, что ещё немного – и он привыкнет к графику, исправит оценки, а как окончит институт, то жизнь и вовсе наладится. Осталось потерпеть какой-то год, а то и меньше. Но в тот день ему вдруг захотелось расслабиться. Ему дали премию за хорошую работу, и он зашёл в клуб прикупить немного травки у знакомого.

Так как же у него в руках оказалась игла?! Ответа он не знал».

— Ну вот, уже совсем другое дело! Хвалю. Ещё немного поработаешь над стилем, и можно считать, что с началом мы разобрались. – Дмитрий походил по комнате, задумчиво взглянул на монитор. — А теперь давай-ка спать ложись!

— Как спать?! — Я удивлённо покосился на угол монитора, часы показывали двадцать два ноль ноль.

— Так. Нам вставать с тобою в шесть утра! – Он довольно потянулся.

— Зачем?! – Глаза мои поползли на лоб.

— Ну как зачем? Конечно на пробежку. Ты сделаешь мужика из меня, я сделаю мужика из тебя. Ведь автор должен понимать своего героя, его чувства, эмоции, образ и стиль жизни. А если ты сам не мужик, а хлюпик, которого с пол удара зашибёшь, то, как ты можешь быть мне близок по духу?

Бегать? Бегать в шесть утра? Да за какие же грехи...

— Вот потому я и хотел…

— Сделать из меня себе подобную девицу? Не выйдет. Это мы уже обсудили, и ты со мной уже согласился.

— Ведь у меня же завтра выходной! – Несчастным голосом пролепетал я, пытаясь давить на жалость.

— Так это хорошо. За пару дней уже привыкнешь к графику, и в понедельник не так тяжело будет, а то сразу и пробежка, и институт — с непривычки и помереть можно! Ну, всё, закончили беседы.

Да, видимо, слово «жалость» ему не знакомо в принципе… И я пошёл послушно чистить зубы. Нужно уже побыстрее заканчивать этот рассказ...


Обсудить у себя 3
Комментарии (2)

Хи, прально- прально, сделай из него мужика

Бедный чел)))

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: