Это кем ты себя возомнил? проза.ч.4.

— Не смеёшься, серьёзно? – Я удивлённо обернулся, и даже спину непроизвольно выпрямил.

— Серьёзно. Это правда нормальные стихи, пиши и дальше – есть потенциал!

— Я думал, не оценишь.

— Да ладно тебе, я ж не враг тебе, в натуре! Не надо меня так прям воспринимать. А на рассказ-то ещё есть настроение?

— Есть!

— Кстати, помнишь девушку в начале? Ну, Олесю.

— Угу.

— Так вот, ты про неё-то не забудь! В рассказах, это, не бывает случайных героев, вернее, не должно быть, бывает-то всё. Если уж ты ввёл её в повествование, то будь добр, дай ей роль. Ну и, герою нужны ведь союзники, героиня, там…

— А она красивая?

— Кто? – Димон уставился не понимающим взором.

— Кто-кто, Олеся эта…

— А ты помнишь моё состояние в момент нашей первой встречи? Я видел её, по-твоему? Ну, это, хотелось бы красивую…

— Всем бы хотелось красивую! – Усмехнулся я, и мы с Димоном вдруг заржали в голос.

— Ты с кем там смеёшься? – Удивлённо спросила из другой комнаты мама.

— А я это, с другом говорю, по скайпу! – Я подмигнул Дмитрию, и снова продолжил писать.

«В отделении полиции пахло куревом и супом.

Дмитрий сидел в наручниках в кабинете следователя, и ждал, когда же сам следователь, наконец-то освободится. Но у следователя был сначала обед, потом перекур, потом планёрка…

Затекать начали уже не только окольцованные запястья, но и ноги. Дмитрий ёрзал на стуле, и тоскливо глядел во двор сквозь небольшое пыльное окно.

— Итак, — наконец удостоил его своим вниманием следователь – потерпевший к вам претензий не имеет, так что…

— Да это я тут потерпевший! – Перебил его Дмитрий. – Если б мне досталась квартира всего за пару ударов в челюсть, то я бы тоже претензий не имел. Даже позволил бы себе руку сломать.

— Как мне сообщили, вы добровольно переписали квартиру на брата, в знак благодарности за то, что он спас вам жизнь… Что-то вроде того. – Следователь махнул рукой, так, будто отмахивался от надоедливой мухи.

— Это ложь! Я был под наркотой — Дмитрий заметил, как взгляд следователя стал куда более заинтересованным — ну, это, купил наркотики, то есть продали мне...

— Где купил, кто тебе их продал? Давай всё подробнее, с самого начала. Ты нас выведешь на тех, кто промышляет наркотой, и незаконными сделками с недвижимостью, а мы...

И тут Дмитрий понял, что если он сдаст наркоторговцев, похоронят его гораздо раньше, чем успеют хотя бы дело завести. Он улыбнулся во все свои зубы, коих, увы, было всего двадцать семь, и поспешно произнёс:

— Не-не, всё норм, я же действительно квартиру брату подарил, ну там, за спасение моей жизни и прочие заслуги… А это, не подскажете, как брата-то моего зовут?

— Вообще-то...

— Имя! — Рявкнул взбешённый Дмитрий, вскочив со стула.

— Назарченко Александр Васильевич! — Видимо, было что-то такое в глазах Дмитрия, такое, что следователь даже назвал адрес, где был прописан вышеупомянутый товарищ.

Из полицейского участка Дмитрий вышел злой и с осознанием того, что законным путём правды ему, увы, не добиться.

Но он твёрдо решил идти до конца, до победы, или же, до конца жизни. Хотя, даже если и так, то так просто он жизнь свою им не отдаст, они уж точно пожалеют о том, что посмели связаться с ним".

— Я вот, лично, уже пожалел! — Я усмехнулся, потянулся в кресле, и встал. — Димон, пошли перекусим, а? Время обеда вроде!

— Пошли! Пожалел он. Да я из тебя, глядишь, человека сделаю, а ты возмущаешься!

— Да я и был человеком.

— Угу. Только не понятно, какого пола! Ты это, интересуешься-то хоть девочками?

— Конечно! — Я резко открыл холодильник.

— Да ты не нервничай, не нервничай, супчик вон бери, а то куда к сосискам потянулся? Сосиски — это та ещё дрянь, лучше уж и вовсе голодным ходить.

Я вздохнул, и извлёк на свет Божий кастрюлю с супом.

— Кстати, да, ты не забыл, что твой персонаж голодает? — Дмитрий первым уселся за стол.

— Какой ты болтливый, ё-моё. Сейчас я быстро поем сам, потом тебя накормлю.

— Ок, но ты особо-то не торопись, смотри, пищу нужно хорошо пережёвывать!

— Димон, хватит!.. — Жалобно заскулил я. — Ты прямо ходячее пособие по здоровому образу жизни.

— Да ты ж о своём здоровье вообще не думаешь, вот и приходится...

— Хорошо-хорошо, буду думать! — Я разогрел суп, и сел за стол.

— Ведь если ты помрёшь, то кто тогда рассказ допишет? — Он озадаченно развёл руками.

— Ну спасибо тебе. За заботу и за оптимистический настрой.

— Всегда пожалуйста!

Ох уж эта его широченная душевная улыбка...

«Раздумывая о том, куда направиться в первую очередь, Дмитрий вдруг ощутил сильный голод, и направиться решил в какое-нибудь дешёвенькое кафе.

Ведь на эти найденные пять тысяч ему предстояло жить не один день, к тому же, у него теперь не было даже дома.

На глаза ему быстро попалась какая-то столовка, что-то из разряда студенческих. На сто рублей он смог заказать суп, что-то вроде плова, два куска хлеба с маслом и кофе. Он быстро поел и вышел.

Но теперь Дмитрий ощущал в чём-то ещё, его мучило состояние, в котором он, поразмыслив, узнал ломку. Банальная такая наркотическая ломка.

Озноб. Дрожат руки, слезятся глаза, ломит каждый сустав, ощущение такое, будто у него сильный жар и лихорадка. Ощущение наполненности желудка тяготило и вызывало тошноту.

Пока Дмитрий был голоден и зол, эти симптомы не были столь явными. Что теперь делать? Пока, вроде, ломка не сильная, это можно терпеть. А что, если станет хуже?

Увидев мужика с сигаретой, Дмитрий попросил закурить. Мужик посмотрел на Дмитрия с сочувствием, и поделился сигаретой. «Наверное, паршиво я сейчас выгляжу!» — Подумал Дмитрий, но, тем не менее, жалость этого мужчины вызвала в нём агрессию. Он не хотел, чтобы его жалели, он не хотел выглядеть жалким и замученным наркоманом!

Как ни странно, сигаретный дым и злость несколько отвлекли от неприятных ощущений.

В ближайшем ларьке Дмитрий купил дешёвых крепких сигарет, решив, что если уж и выбирать между наркотой и курением, то курение уж явно меньшее из двух зол. Он очень надеялся на то, что сигареты помогут ему не сорваться.

Посмотрев на часы, и на адрес, написанный на бумажке, Дмитрий решил к так называемому брату наведаться завтра, а пока он подумал, что стоит вернуться к той заброшенной стройке – быть может, это поможет ему вспомнить всё, что случилось. Ведь то место, где его оставили помирать, он уже вспомнил.

Возвращаясь с учёбы домой, Олеся остановилась у заброшенного дома. Она постоянно проходила мимо этого места, и теперь постоянно останавливалась, вспоминая тот день и парня, едва живого от наркотиков.

Вот и сейчас она рассматривала всё ещё лежащий на земле шприц, когда за спиной её послышались шаги. Она резко обернулась и замерла.

Возле того самого места, Дмитрий увидел девушку.

Этакую худенькую, маленькую, в какой-то жилетке поверх белой строгой блузки, в чёрной юбке, чуть ниже колена, она теребила в руках сумочку того же цвета, что её жилетка.

Девушка была не просто невысокой, она была мелкой и очень тоненькой. Волосы какого-то непонятного песочного оттенка, глаза совсем серые, в общем, она была на первый взгляд совсем серенькой и неброской, но при ближайшем рассмотрении оказывалось, что у девушки приятные черты лица, хоть почти полное отсутствие косметики делает её какой-то бледноватой и даже блёклой.

«Мышь серая обыкновенная» — Мысленно отметил про себя Дмитрий. А ещё, он подумал, что такую тоненькую ручку можно сломать одним прикосновением его пальца».

— Значит, мышь серая обыкновенная, да? – Кривовато усмехнулся Дмитрий и закурил.

Я закашлялся.

— Ты ж сам мне говорил про реализм, а девушка модельной внешности…

— Да понял я, понял, вообще претензий ноль. Я и сам парнишка простой.

— А откуда у тебя сигареты? – Я поморщился и открыл форточку.

— Ну, здрасьте, ты же сам вот только что про это написал!

 

Супер! Теперь моя головная боль будет ещё и дымить…


Обсудить у себя 1
Комментарии (1)

да ничего вроде девушка-то)))

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: