Это кем ты себя возомнил? проза.ч.3.

— Рота подъём!!!

Я запутался в одеяле и свалился с кровати, а вот потом уже только открыл глаза.

— Ч-что ты так орёшь?! — Я поднялся с пола и недовольно посмотрел на часы, показывающие без пятнадцати шесть.

— Кроме тебя меня никто не слышит, так отчего бы мне не поорать? Ведь иначе тебя не разбудишь. – Всё та же кривая усмешка, всё тот же наглый и тяжёлый взгляд. — Давай бегом – футболку, кеды, и побежали!

— Как можно, в такую рань…

— Разговорчики в строю! – Димон опять влепил мне подзатыльник. Я поморщился. Да-да, Димон, так и было написано на его футболке, английскими буквами, правда.

Какой же грубый и резкий этот мой герой.

Зато, стоит отметить, что он и впрямь свернёт горы, и ни перед чем не спасует. Этому мне, в самом деле, стоит поучиться. Но прямо сейчас мне хотелось не учиться, а удавиться… Я кое-как отрыл простую чёрную футболку, обычные джинсы (спортивных штанов у меня не было и в помине), обулся и вышел. Было холодно.

— Догоняй, не то замёрзнешь! – Крикнул Димон, и очень резво принялся бежать.

Я, по началу, его нагнал, но вот на этом и кончилась вся моя прыть. Сердце захотело вылезти из глотки, лёгким стало тесно в грудной клетке, в общем, проще говоря, я начал задыхаться и позорно отставать, где-то, уже на десятой минуте бега.

Дмитрий ржал, подкалывал меня, ставил подножки и подбадривал подзатыльниками. Мне постоянно казалось, что я вот-вот помру, но, тем не менее, на час бега меня кое-как хватило. А потом я просто рухнул на траву.

— Всё, я дальше ни-ку-да… — Я лёг, раскинув руки. Мокрая трава отлично освежала, а мне сейчас было очень и очень жарко.

— А ну-ка поднимайся, идиот, простудишься! – Димон слегка попинал меня носом кроссовка.

— Мне всё равно…

— А, значит так!

Уже запомнив его эту интонацию, я решил не проверять, что он задумал в этот раз, а подскочил, и бегом же понёсся к дому. Оказалось, у меня ещё остались силы.

Горячий душ, завтрак из овсянки и кофе…

— Дима-а – Я задумчиво ковырял ложкой в тарелке с овсянкой – а эту гадость мне есть обязательно?

— Ничего и не гадость, наоборот, очень полезно!

— А сам-то чего тогда не ешь? – Вздохнул я.

— А я ж не настоящий! Ем я только там, в твоём рассказе, и да, всегда ем овсянку на завтрак.

— Поня-я-ятно.

— Ты что-то слишком быстро скис. Мы ещё гардероб твой пересмотрим, подстрижёшься сегодня. И это чего, волосы-то у тебя крашенные?

— Ага… Я волосы в чёрный крашу.

— Сбрить. Так чтоб и следа этого позора я не видел!

Хорошо, хоть корни у меня уже отросли, и брить придётся не под ноль.

— Что, и пирсинг снимать?.. – Не дожидаясь ответа, я снял колечко с правой брови и с левого уха.

Кое-как я впихнул в себя овсянку, проглатывая её не прожевав, выпил кофе, взял у мамы денег на стрижку, и пошёл в парикмахерскую.

Да, пришлось подстричься под машинку, волосы остались в сантиметр длинной. Они были даже светлее, чем я ожидал. То, что я увидел в зеркале, придя домой, меня напугало и расстроило – этот парень совсем не был мной.

— Ну ты ещё давай разревись! – Хмыкнул Дмитрий. – Девочка рыдает по обрезанным косичкам! Как миленько!

И в самом деле, я готов был разреветься, но подумав о том, как это обрадует Дмитрия, я передумал. Вот допишу рассказ, и всё будет как раньше! Нужно только дописать. Я двинулся решительно к компу. 

«Дмитрий прошёлся по квартире, заглянул в холодильник. Там не было ничего, кроме молока, да и то, оно уже давным-давно скисло.

Шаги. Он резко выпрямился, захлопнул холодильник и прислушался. Да, кто-то ходил по его квартире, к тому же, судя по звуку, человек был явно не один.

Дмитрий взял небольшой, но острый нож, и вышел в зал. По квартире ходили двое, ходили, и с важным видом всё осматривали, причём, так, будто пришли к себе домой. Тип постарше был в пиджаке и в строгом костюме, с дипломатом в руках, второй — просто в чёрной рубашке, заправленной в джинсы.

— Вы, извините, кто, и что здесь делаете? – Возмутился Дмитрий.

— А! – Радостно заулыбался тип в пиджаке. – Вы, должно быть, бывший хозяин квартиры! Дмитрий, правильно? За вещами приехали, да?

— Чего-о?! Что значит бывший??? Эта квартира принадлежит мне!

— Ну как же? Вы ведь написали дарственную на своего двоюродного брата, так мне сказали. А он решил её продать, вот и…

— Какую ещё дарственную?! – Дмитрий кинулся на мужика, и схватил его за ворот рубашки.

— Но-но, попрошу без рук! – Смешно пискнул тип, ловко высвобождаясь из захвата. – Я всего лишь агент. Разбирайтесь со своей роднёй!

— Нет у меня никакой родни! – Зарычал Дмитрий. Какие-то смутные эпизоды всё же начали всплывать в его памяти, но, увы, до полной ясности чего-то не хватало.

— Вот документы…

Дмитрий глянул мельком, и быстро разорвал бумаги.

— О, мой друг, не будьте так наивны! Это всего лишь заверенные копии, у меня таких много.

— Так, всё, я вызываю полицию!

— Да ради Бога, мы их с удовольствием дождёмся. А пока, позвольте нам продолжить осмотр помещения.

Глядя на то, как двое оценивают состояние квартиры, заглядывают под ковры и трогают обои, Дмитрий закипал, но всё же держал себя в руках – вот сейчас приедет полиция, и их отсюда вышвырнут.

Полиция прибыла через час. Они долго ковырялись в бумагах, куда-то звонили, что-то выясняли, и по итогу… Попросили Дмитрия покинуть квартиру! Вышло так, что она действительно ему более не принадлежала.

И тут терпение Дмитрия кончилось… Вывели его уже в наручниках, с разбитым лицом и со сбитыми, об лицо «всего лишь агента», кулаками. Ну что ж, у всех бывают неудачные дни!»

— Фига себе «неудачный день»! – Фыркнул за моим плечом Дмитрий.

— Чего, переписать что ли? – Я поднял на него полный безразличия взгляд.

— Не надо. А что глаза-то у тебя, как у селёдки трёхнедельной давности?

— Да за… замучил ты меня, уважаемый персонаж!

— Ой, ну да какие ж мы нежные!

— Да. Я нежный и ранимый. И вообще – поэт в душЕ.

— Кто? Поэт?! Где-где? В дУше? Типа это, стихи под душем стоя сочиняешь, ну, чтоб никто не слышал этого позора? Некоторые в душе поют, а ты…

— Да иди ты!!! – Я захлопнул ноутбук и встал.

— Ну чего т, не кипятись! – Он добродушно улыбнулся. – Ну прочитай мне это, стишок там свой, что ли?

— Опять ржать начнёшь.

— Да не буду я, в натуре не буду! Даже если совсем шлак – обещаю не ржать.

— Не читал я никому стихов…

— Чего ломаешься, как целка? Не читал – так прочитай. Я, если чего, тоже плод твоей фантазии, так что…

— Плод фантазии… А нос у меня до сих пор распухший. Ладно, слушай. – Я сел, нашёл свои стихи на ноутбуке, чтобы уж точно не сбиться, а ещё, чтоб не смотреть Димону в глаза, и принялся читать, больше по памяти:

***                         

Хочется руки в кровь расцарапать,

Прямо как в детстве, прямо ножом,

Чтобы смеяться, после заплакать,

Вспомнив про солнце, вспомнив про дом...

Хочется резать бритвою кожу,

Зубы в запястья жадно впивать.

Чтобы почувствовать что-то похожее,

То, что напомнит, как воскресать.

То, что напомнит, что есть дыхание,

Как за его мы хватаемся нить.

Что значит счастье, и что есть страдание,

Как не погибнуть, как не забыть...

Хочется руки в кровь расцарапать,

Прямо как в детстве, крик проглотив,

Хочется биться, хочется плакать,

Хочется… снова вернуть позитив.

Я замолчал, и сидел, ссутулившись, не оборачиваясь на Димона. Сопливенькое попалось стихотворение, однако…

 

— А что, неплохо, творец, весьма неплохо! Есть над чем поработать, ритм там, кое-где подправить, может, поменьше такого вот наигранного трагизма – и будет супер. Ну и, про позитив в конце – это хорошо, всегда надо стремиться к позитиву!


Обсудить у себя 2
Комментарии (1)

Это круто! Жду продолжения

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: